Утром мы проснулись(от пользователя Bokivil), сразу же высунулись в окно и обрадовались, что нет дождя, хотя небо серое, и по склонам гор, которые видны на расстоянии вытянутой руки из нашего окна, ползают тяжелые, сырые, рваные облака. Солнца и следа нет. Мы отправляемся на Гроссглокнер, чтобы проехать на вершину по серпантину, построенному австрийским инженером специально для любования горными видами. Мы приближаемся к въезду на серпантин по долине, проезжаем маленькие деревни Брюк и Фош, которые стоят совсем близко к горам, и с досадой обнаруживаем, что в них масса пустых циммеров. Можно было не мучиться, не рыскать по интернету, а просто приехать и снять на месте, причем в деревне, в тишине, прямо на подступах к серпантину на Гроссглокнер.Мы проехали пропускной пункт, где вздохнули и заплатили за въезд 28 евро, а дальше дорога пошла резко вверх. Рассказать обо всех чудесах этой дороги можно только языком фотографий или картин, будь у нас возможность их писать.Мы поднимались медленно, дорога построена с учетом видовых стоянок с маленькими кармашками коротких парковок.В каждом таком кармашке стояли машины, нам тоже хотелось останавливаться, но время было не самое раннее, и мы двигались вперед. Мимо нас с ревом проносились мотоциклисты, байкеры, на черных мотоциклах и в черных костюмах.

В Австрии это очень распространенный жанр путешествия, их нельзя путать с оголтелыми гонщиками, которые носятся по городам. Хозяйка нашего циммера предупреждала нас, что на Гроссглокнере после 5 вечера собираются облака, и всегда начинается дождь, поэтому мы торопились попасть скорее на самый верх.Наверху на стоянках регулировщик руками показывал, где парковаться. Из всех соседних машин, припарковавшихся рядом с нами, быстро выскакивали пассажиры и мгновенно начинали переодеваться в куртки и в походные ботинки. Мы с грустью посмотрели на наши кроссовки и присоединились к потоку туристов, пешком поднимавшихся на самую верхнюю стоянку. Поднявшись на нее, мы поняли, что шоссе, которое называется Гроссглокнер, привело нас не на саму вершину, высота которой 3700 м, а на соседнюю, под названием вершина Франца Иосифа, на которую он, якобы, поднимался сам. Высота ее около 2300м. Вот напротив нее и высился сам Гроссглокнер, вершина которого была покрыта сплошным слоем снега, прямо, как в Швейцарии, и вся горная гряда, находившая напротив нас, была в снегу и утопала в рваных клубящихся облаках. Это были уже серьезные горы, по которым можно было кататься на лыжах. Но на лыжах никто не катался, так как был не сезон, но зато самые профессиональные туристы спускались на фуникулере вниз и шли пешком к леднику, глетчеру, который нам сверху был хорошо виден.

Он был похож на спускающийся с горы застывший беловатый в серых длинных трещинах поток, слегка размытый и туманный, напоминавший упавший с неба млечных путь. Фигурки людей направлявшихся к глетчеру, были по размеру столь малы, что если бы они не двигались, их легко было бы принять за камни, разбросанные по леднику. Сначала мы пофотографировали сусликов и горных черных голубей, потолкались вместе с толпой, и тут Боря нашел проход в туннели, по которым мы быстро двинулись вперед. Пройдя около пяти туннелей, прорубленных в горе, мы вышли на тропку, которая шла параллельно снежному горному массиву, увенчанному знаменитой самой высокой в Австрии вершиной Гроссглокнер. Здесь туристов стало значительно меньше, те, кто нам встречался, уже держал в руках неизменные походные палки и выглядел серьезным путешественником. Мы двинулись по маршруту, тропинка постепенно поднималась вверх, а глаза наши смотрели только на снежные хребты. Между тем прогнозы нашей хозяйки стремительно начали сбываться. Серые, плотные, густые тучи, застряв на соседнем хребте, и не желавшие больше двигаться, извергли из себя проливной, холодный дождь. Мы и так ходили в плащах, а тут мы их полностью застегнули, но и это плохо помогло. И вот я смалодушничала, замерзнув и сказав, что если мы пойдем под проливным дождем дальше, то вымокнем и окоченеем. До сих пор досадно за себя. Мои благородные мужчины пожалели меня, и повернули назад, но по мере того, как мы спускались по тропке, дождь ослабевал. Было большое искушение снова вернуться на маршрут, но это было бы просто глупо, тем более, что над тем местом, откуда мы только что ушли, по-прежнему мстительно грудились темные мрачные дождевые тучи, и приятно было думать, что там все-таки нарастал дождь. Мы потащились назад, все время останавливаясь по дороге, Боря фотографировал, а мы его поджидали. Снова прошли все пять туннелей, потом все парковки, нашли нашу машину, которая стояла уже совершенно одиноко – все разъехались, так как быстро начинало темнеть. Когда мы поехали по серпантину вниз, нам казалось, что мы парим над горами и плавно пикируем вниз.

Домой мы приехали уже в полной темноте. По дороге пытались найти Капрун, но ливень и тьма сбили нас с пути, и нам пришлось капитулировать.Тем не менее, вечером мы пошли гулять по городку, пытались даже подняться на ближайшую гору, но там всюду было написано private betreiten verboten, что означает: частные владения, ходить запрещено. Потом мы поняли, что в Австрии ферботен почти все. Впрочем, это не было для нас большим открытием, так как про немецкий характер ходят легенды, правда, как потом нам рассказали наши новые австрийские друзья – немцы и австрийцы совершенно разные, австрийцы гораздо лучше и мягче. Но ферботен у них тоже всюду. Правда иногда его нарушают. Но это уже следующий рассказ.Нам жалко, что мы так и не погуляли по центральному району города, который стоит на озере, и озеро само мы видели только из машины, хотя я выбрала этот город именно из-за озера. Но погода и время – две непобедимые стихии регулярно вносили коррективы в наши планы.